Буржуазия не боится «левых» политиков: буржуазия имеет материальные ресурсы, которые позволяют ей управлять любыми политическими процессами, в том числе покупать или устранять политиков. Буржуазия не боится уличных протестов: буржуазия имеет материальные ресурсы, которые позволяют ей содержать государственный репрессивный аппарат, способный подавить любые протесты. Буржуазия не боится вооруженного противостояния внутри своего класса: буржуазия имеет материальные ресурсы, которые позволяют ей в конечном итоге сторговаться со своими конкурентами. Единственное, чего по-настоящему боится буржуазия, — это прекращения производства, способного лишить буржуазию всех её материальных ресурсов. Единственный, кого по-настоящему боится буржуазия, — это рабочий класс, в руках которого находится производство материальных ресурсов и который способен это производство остановить.
1. Марксизм не отождествляет рабочий класс с рабочими на производстве. Рабочий класс это не только производительные работники, непосредственно создающие новую стоимость, в том числе прибавочную стоимость, капитал. Рабочий класс, или пролетариат, включает всех наемных работников обеспечивающих кругооборот капитала в соответствии с известной формулой Д – Т – …П… – Т’ – Д’, то есть как непосредственно само производство новой стоимости, так и перераспределение прибавочной стоимости между различными сферами капиталистической экономики: производственной, финансовой, торговой и др. Таким образом, к рабочему классу в самом широком смысле можно отнести всех наемных работников, своим трудом создающих прибыль для своих работодателей. Отличие производительных рабочих от непроизводительных заключается в том, что первые своим трудом одновременно создают прибыль как для капиталистов, на которых работают непосредственно, так и совокупную прибыль всего капиталистического класса. Отсюда та потенциальная роль, которую объективно играет каждая из групп рабочего класса в революционном процессе. Производительные рабочие становятся ведущей революционной силой не в силу каких-то личных, субъективных, качеств, а потому, что только они имеют объективную возможность контролировать ведущее звено капиталистического цикла – производственный процесс, детерминирующий функционирование всех остальных звеньев процесса воспроизводства капитала.
2. Производительный рабочий класс был и остаётся решающей социальной силой, независимо от своего удельного веса в обществе. Рабочие не составляли большинства населения ни в Европе в 1848 году, когда Маркс и Энгельс писали «Манифест коммунистической партии», ни в 1917 году в революционной России. Тем не менее уже тогда направляющим вектором общественного развития являлась классовая борьба пролетариата. Даже если количество производительных рабочих в обществе снизится до одного процента, они всё равно останутся главной социальной силой, поскольку только этот один процент будет производить все материальные ценности, в то время как остальные – их только перераспределять и потреблять.
3. Революционный потенциал рабочего класса определяется не бедностью, угнетенностью или дискриминированностью трудящихся. Не тем, что «пролетариям нечего терять, кроме своих цепей». Революционный потенциал рабочего класса обусловлен его местом в системе общественного разделения труда при капитализме. Именно рабочий класс создаёт материальную силу буржуазии и буржуазного государства. И, следовательно, только рабочий класс может лишить их этой силы, остановив экономическую машину капитализма.
4. Субъектом борьбы против капитала может быть только рабочий класс. Для остальных это либо хобби, либо карьера.
5. Принадлежность к рабочему классу определяется непосредственной вовлеченностью в процесс труда, процесс создания прибавочной стоимости. Рабочий класс существует только в форме трудовых коллективов, как совокупность последних. Индивидуум вне трудового коллектива, вне исполнения своих экономических функций — это не рабочий, даже если продолжает считать себя таковым. За пределами трудового коллектива, в отрыве от своего класса, он может быть кем угодно и стать кем угодно. Рабочий — это не «состояние души» и не запись в трудовой книжке, а общность экономических интересов со своими товарищами по классу. Вот почему фронт классовой борьбы проходит в экономике, а не в «гражданском обществе». Вот почему власть рабочего класса — диктатура пролетариата должна исходит снизу, от трудовых коллективов, а не сверху, от государственного аппарата, даже если этот аппарат укомплектован бывшими рабочими. Одна из главных ошибок Ленина и большевиков заключалась в убеждении, что рекрутирование в чиновничий аппарат выходцев из рабочего класса автоматически формирует пролетарский характер государства.
6. Рабочий класс, как класс, существует только на предприятиях. Вне предприятий рабочий класс распадается на массу атомизированных индивидуумов, каждый из которых в отдельности объективно не способен стать самостоятельным субъектом классовой борьбы, а потому вынужден делегировать полномочия представительствам – политическим организациям или отдельным политикам, претендующим монопольно выражать классовые интересы трудящихся. Однако опыт показывает, что такие политические представительства в большинстве случаев ставят собственные узкоидеологические и узкопартийные цели выше общеклассовых целей рабочих. Рабочий класс может сформироваться как самостоятельный субъект революционной борьбы только на предприятиях, вокруг собственных экономических требований, и уже оттуда диктовать свою волю политикам, в том числе коммунистическим политикам.
7. Рабочий класс в конечном счёте всегда прав. Это не означает обязательную правоту каждого рабочего. Отдельные рабочие могут ошибаться и часто ошибаются. В рабочей среде встречаются и стукачи, и шкурники, и сознательные прислужники буржуазии. Рабочая специальность не индульгенция на праведность. Голос отдельного рабочего далеко не всегда является голосом рабочего класса. Речь идёт о коллективной воле пролетариата, которая формируется непосредственно в ходе борьбы рабочих против общего врага, через преодоление ошибок, заблуждений и даже предательства отдельных представителей рабочего класса. В конечном итоге исправлять свои ошибки рабочих заставляет живая логика классовой борьбы. Интеллигенты же, в отличие от рабочих, кодифицируют свои ошибки в партийные программы и «коммунистические учебники», до конца оставаясь пленниками собственных «текстов». Рабочему не нужен «коммунистический учебник» для того, чтобы вести классовую борьбу против капитала; для интеллигента «коммунистический учебник» – это и есть «классовая борьба».
8. Каждый конкретный рабочий не обязательно является носителем революционной идеологии. Часто рабочие выступают носителями консервативной, а иногда и реакционной идеологии, что, однако, как правило, не мешает им вести конкретную борьбу против конкретных капиталистов. И наоборот, представители непролетарских социальных слоев чаще, чем рабочие, являются «революционерами» в теории, что обычно никак или очень мало влияет на их практическую революционную деятельность. Как писали Маркс и Энгельс, значение имеет не то, что думают и делают в настоящее время отдельные рабочие или даже целый рабочий класс, а то, что они будут вынуждены делать в силу своего объективного положения в капиталистической системе. Конкретные рабочие и рабочий класс в целом становятся носителями революционной идеологии по мере того, как включаются в борьбу против капитала и в той степени, в какой они в эту борьбу вовлечены. Субъективно «носить» революционную идеологию может кто угодно, однако сам по себе данный факт не определяет ведущего участия такого «носителя» в антикапиталистической борьбе и не даёт ему права учить рабочий класс и руководить рабочим классом. Рабочий класс не является исключительным носителем революционной идеологии, но лишь рабочий класс может сделать революционную идеологию той материальной силой, которая революционизирует общество.
9. Воля рабочего класса — высший закон. Только рабочий класс имеет право говорить от имени рабочего класса. Дело не в том, вправе ли кто-то решать за рабочих, правильно они действуют или нет, а в том, что независимо от чьего-либо решения рабочие в конечном итоге всё равно будут действовать так, как сочтут это необходимым. Оценку своим действиям смогут дать только сами рабочие, через собственный опыт борьбы, собственные ошибки, неудачи, поражения и победы.
10. Рабочие не обязаны соответствовать тем представлениям о себе, что сформировались в головах начитавшихся коммунистических учебников кабинетных теоретиков, и не обязаны думать так же, как последние. Рабочие не обязаны поддерживать организации, созданные кабинетными теоретиками с целью «просвещать», «направлять», «возглавлять» и «вести» рабочий класс. Рабочие не обязаны терпеть над собой социальные эксперименты во имя идеала, выдуманного и навязанного рабочему классу кабинетными теоретиками. Рабочие имеют право жить так, как считают нужным, ни у кого не спрашивая на то разрешения или «теоретического» обоснования. Рабочий класс делает то, что делает, и никто не вправе за него решать, правильно он это делает или нет. Рабочий класс такой, какой есть, и никому не обязан быть другим, в том числе и самому себе. Напротив, все те, кто живут за счёт труда рабочих, обязаны рабочему классу всем.
11. Если социализм не для рабочих, это не социализм. Если социализм не для рабочих, он ни для кого.
12. Рабочий класс не нуждается в наставниках, навязывающих ему «правильное», «научное» и тому подобное направление борьбы, и в поводырях, ведущих по пути, который они сами же и указали. Рабочий класс в состоянии самостоятельно проложить путь к победе над капиталом и пройти по этому пути. Те, кто стремятся порулить рабочим классом от имени рабочего класса и якобы в интересах рабочего класса, сами рано или поздно вырулят на обочину истории. Независимо от того, насколько четко видит свои цели сам рабочий класс, исторический опыт доказывает, что все попытки политизированных и идеологизированных «поводырей» навязать цели рабочему классу и «вести» его к этим целям рано или поздно приводят к поражению рабочего класса.
13. Те, кто считают, что рабочий класс необходимо учить, возглавлять и вести, после того, как дорываются до власти, закономерно приходят к убеждению, что его нужно пасти. Потому что рабочие для них — это стадо баранов, какие бы дифирамбы они ни пели пролетариату.
14. Меньше всего рабочим, которые практически борются против капитала, нужны «советы посторонних» — политических активистов, навязывающихся рабочим в учителя. Чего стоят советы создавать профсоюзы, бастовать или осуществлять рабочий контроль за финансово-хозяйственной деятельностью предприятий, исходящие от того, кто сам не возглавлял ни одной забастовки и даже ни разу не участвовал в ней, не организовал ни одного реального, а не «бумажного», профсоюза, не говоря уже о системе рабочего контроля? Какой толк рабочим от советчиков, которые сами не умеют делать то, что предлагают делать другим? Как показала историческая практика мирового пролетарского движения, рабочий класс самостоятельно, без участия самозванных политизированных «педагогов», сотрясающих воздух бесполезными поучениями, способен организовывать профсоюзы, вести забастовочную борьбу, а в случае необходимости и устанавливать рабочий контроль за деятельностью работодателя. Впрочем, капитализм на то и капитализм, чтобы давать возможность наживать капитал, в том числе политический, на рабочем классе.
15. В решающий момент действия определяют не теории и лозунги, а классовая интуиция рабочих, глубокое понимание ими реальных условий. Это не означает, что такая интуиция всегда будет надежным проводником. Импрессионизм может стать источником заблуждений трудящихся. Но именно классовая интуиция в конечном счете выводит действия рабочих на верную дорогу. Такую интуицию нельзя заменить внешним по отношению к рабочему классу руководством, «вождями», кабинетным теоретиками и учителями. Только из собственного опыта борьбы, собственных успехов и неудач, предпринятых самими рабочими усилий формируются эффективные формы классовой борьбы. Единственным учителем рабочего класса является его собственный опыт борьбы против капитала. Все те, кто со стороны навязываются рабочему классу с советами и поучениями, — в лучшем случае наивные идеалисты и дилетанты, а в худшем — циничные дельцы, стремящиеся нажить политический капитал на борьбе рабочих.
16. Классовое сознание – это не иммунитет к вирусной инфекции; классовое сознание нельзя искусственно «привить» революционными проповедями. Классовое сознание – не статус, утвержденный партийными программами и уставами; классовое сознание – это диалектический процесс формирования у рабочих революционной идеологии, которая становится массовой не в результате изучения «учебников по марксизму-ленинизму» или прослушивания лекций «сознательного меньшинства», а только тогда и только в той степени, когда и в которой сами массы рабочих вовлечены в непосредственную борьбу с капиталом. Пролетарская «идеология» — это конкретные требования рабочего класса, сформировавшиеся непосредственного в процессе борьбы рабочих с капиталом. Никакой другой идеологии рабочему классу не нужно. То действительно полезное, что коммунисты могут сделать для рабочего класса, — это помочь ему освободиться от влияния и манипуляций со стороны идеологов и политиков, в том числе коммунистических.
17. Знаменитая фраза Маркса «освобождение рабочего класса должно быть завоевано самим рабочим классом» говорит в том числе о том, что никто не сможет освободить рабочий класс, если последний сам к этому не стремится. Делать какие-либо глобальные прогнозы относительно будущего рабочего движения контрпродуктивно: любое предсказание о его неизбежном подъёме столь же ошибочно, как и предсказание о неизбежном упадке. Рабочее движение активизируется только тогда, когда сами рабочие примут об этом коллективное решение. Никто и никогда не сможет искусственно поднять рабочий класс на борьбу. Сегодня пассивность большинства рабочего класса очевидна. Сама капиталистическая система формирует эту пассивность через различные механизмы конформизации и порабощения. Однако противоречия капиталистической системы эксплуатации рано или поздно заставят пассивное большинство выбирать: окончательно смириться с эксплуатацией или вступить в конфронтацию с системой. И только если и когда большинство рабочего класса выберет второе, появится шанс изменить мир и создать радикально иное, коллективистское, общество. Потому что история доказала, что невозможно изменить капиталистическую систему от имени рабочего класса и за рабочий класс. Всё зависит только от желания и воли самого рабочего класса.
Рабочий класс не «революционный» и не «консервативный»; он такой, какой есть, и никому не обязан быть другим. Интересы рабочего класса — это его собственные классовые интересы, и никто не имеет права их формулировать за рабочий класс и навязывать рабочему классу. Политика рабочего класса — это политика, которая формируется непосредственно в процессе борьбы рабочих с капиталом, а не кабинетными теоретиками и не партийными программами. Рабочие не обязаны равняться ни на «левых», ни на «правых» политиков. Политика рабочего класса не «левая» и не «правая»; она — рабочая.